?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Колодец и маятник

Наталья Самовер

В музее имени Сахарова открылась выставка, посвященная сенсационным открытиям археологов на Охтинском мысу Петербурга




Есть у Эдгара По знаменитая новелла «Колодец и маятник». Там описаны мучения жертвы испанской инквизиции – человека, подвергнутого пыткам, приговоренного к смерти и погибающего в камере с железными стенами, оборудованной кошмарными приспособлениями, не оставляющими надежды на спасение. Вот финал этой новеллы: «В камере случилась новая перемена, на сей раз менялась ее форма. (…) Камера была квадратная. Сейчас я увидел, что два железных угла стали острыми, а два других, следственно, тупыми. Страшная разность все увеличивалась с каким-то глухим не то грохотом, не то стоном. Камера тотчас приняла форму ромба.(…) Все уже и уже становился ромб, с быстротой, не оставлявшей времени для размышлений. В самом центре ромба и, разумеется, в самой широкой его части зияла пропасть. Я упирался, но смыкающиеся стены неодолимо подталкивали меня... Вот я уже закачался на самом краю - я отвел глаза...

И вдруг - нестройный шум голосов! Громкий рев словно множества труб! Гулкий грохот, подобный тысяче громов! Огненные стены отступили! Кто-то схватил меня за руку, когда я, теряя сознанье, уже падал в пропасть. То был генерал Лассаль. Французские войска вступили в Толедо. Инквизиция была во власти своих врагов».

Что-то это напоминает… Ну, да, конечно! Это же описание истории с небоскребом «Охта-центра».

Казалось, были исчерпаны уже все средства борьбы против кошмарных планов строительства. Митинги, художественные акции, выступления в прессе, открытые письма к руководителям всевозможных рангов, независимые экспертизы, заявления представителей ЮНЕСКО и Росохранкультуры, судебные процессы – все было тщетно. Бронированная колонна небоскребостроителей, подкрепленная штурмовыми отрядами чиновников администрации Санкт-Петербурга, неуклонно ползла вперед, сминая на своем пути все попытки сопротивления.



Наконец сама земля разверзлась. Исследователи из Северо-Западного НИИ культурного и природного наследия, нанятые застройщиком ОД «Охта-центр», для проведения охранных раскопок, неожиданно для заказчика обнаружили на площадке, предназначенной для строительства подземного паркинга и закладки фундаментов, огромный, многослойный археологический памятник по богатству и степени сохранности уникальный для Северной Европы.

Специалисты были потрясены. На Охтинском мысу открылся колодец времени глубиной в добрых шесть тысячелетий. На его дне обнаружились стоянки рыболовов эпохи неолита и раннего металла IV – I тыс. до н.э., над ними – безымянное мысовое городище новгородских поселенцев XIII века, еще выше – шведская крепость с гордым названием Венец земли – Ландскрона, простоявшая всего год (с 1300 по 1301 г.) и взятая войсками новгородского князя Андрея Александровича – сына Невского. Памятником последующему времени, когда контроль над Приневьем снова перешел к новгородцам, остался некрополь русско-ижорского поселения Невское Устье XV – XVII вв. В XVII столетии эта территория опять отходит к Швеции, и на месте Ландскроны строится новая крепость - Ниеншанц, и рядом с ней на другом берегу Охты город Ниен. Эту мощную земляную крепость с бастионами в форме пятиконечной звезды штурмовал в 1703 году амбициозный русский царь Петр Алексеевич, и с этой победы отсчитывает свою историю великий город России – Санкт-Петербург.

Не на пустом месте, не на безымянном болоте возник город Святого Петра. Здесь, в устье Охты в глубине земляных пластов хранились тысячелетия его истории, словно припасенные царем Петром про черный день.



И вот он настал - день, когда этот клад явился на свет божий, чтобы самим своим явлением остановить зло, готовое надругаться над городом.

Говорят, что со дна глубокого колодца вне зависимости от времени суток видны звезды. Это если смотреть вверх. А если смотреть вниз, то можно увидеть темноту – первобытную материю чистого времени. Эту материю зачерпнули ученые из колодца, служившего основанием главной башни Ландскроны, и подняли на поверхность как самое драгоценное ископаемое – дороже нефти и газа, дороже денег и карьеры. И на защиту этого сокровища встали петербуржцы.

Этого заказчик не стерпел и потребовал свернуть раскопки. Когда археологи отказались подписать акт об окончании работ и заговорили о том, что найденный ими объект достоин музеефикации, ОД «Охта-центр» подал в Арбитражный суд иск к Северо-Западному НИИ культурного и природного наследия о взыскании 29,5 млн рублей. В ответ упрямые археологи выдвинули встречный иск на 11 миллионов. Надеяться им было не на что. Только на свою правоту. Услужливый городской орган охраны памятников – КГИОП, не дожидаясь конца исследований, вывел из-под охраны большую часть территории Охтинского мыса. Все было готово для очередной победы богатых над строптивыми.



Суд уже приступил к рассмотрению обоих исков, когда грянул гром. Губернатор Санкт-Петербурга Валентина Матвиенко, повинуясь импульсам, исходившим из сфер, где кончается влияние даже «Газпрома», заявила, что никакой башни в устье Охты строить не будут. И весы Фемиды неожиданно качнулись в сторону культурного наследия. Суд отказал в требованиях ОД «Охта-центр», а требования археологов, напротив, поддержал. И пристыженный КГИОП отменил свое решение о снятии археологических объектов Охтинского мыса с охраны.

Бронированная колонна остановилась в шаге от окончательной победы. Стройки не будет, но прекращено и финансирование археологических работ. Огромные раскопы законсервированы лишь частично. Снег укрыл яму на Охте до весны, но стоит ему растаять, как вопрос о будущем «петербургской Трои» встанет в полный рост.

Мы убеждены, что решение может быть только одно – на месте, где чуть было не возникло чудовище, должен появиться современный музей – ландшафтно-археологический парк, включающий воссозданную земляную крепость Ниеншанц и музеефицированные раскопы, позволяющие заглянуть в недра этой древней земли. Опыт многих зарубежных стран, где существуют подобные музеи, доказывает, что при правильной организации дела они становятся украшением городов, привлекательными и коммерчески успешными туристическими объектами.



Маятник судьбы культурного наследия Охты раскачивается. От безвестности – к сенсации года, от векового покоя под толстым слоем земли – до обнаженной беззащитности, от летаргического сна – до угрозы реальной гибели.

Мы обрели это наследие не для того, чтобы окончательно и безвозвратно потерять его. И это касается не только петербуржцев. Это касается всех нас.

Поэтому общественное движение «Архнадзор» организовало экспонирование в Москве передвижной фотовыставки «Археологические открытия на Охтинском мысу», подготовленной СЗ НИИ культурного и природного наследия, Санкт-Петербургской археологической экспедицией, Санкт-Петербургским отделением ВООПиК, и Санкт-Петербургским отделением ИКОМОС. Выставка открылась 12 января в помещении Музея и Общественного центра им. Андрея Сахарова. Мы совместили ее открытие с заседанием Клуба «Архнадзора» и пригласили в Москву главного героя этой эпопеи – руководителя Санкт-Петербургской археологической экспедиции Петра Егоровича Сорокина.



Послушать его выступление пришли активисты «Архнадзора», московские археологи, журналисты. Телерепортажи, сообщения радиостанций, статьи в газетах… Мы хотим, чтобы как можно большее количество людей в Москве и в России узнали, какое сокровище явлено нам в награду за спасение Петербурга, что само это сокровище нуждается сейчас в защите и спасении, что судьба его висит на волоске, и что спасение возможно.

Выставка открыта до 30 января включительно с 11 до 19 часов. Выходной – понедельник. Адрес Музея и Общественного центра им. Андрея Сахарова: Земляной вал, 57, стр. 6. Метро «Курская», «Чкаловская», «Таганская».

Приходите! Вход свободный.

И ещё раз обращаем ваше внимание на возможность оставить подпись под обращением в поддержку создания археологического заповедника на Охте!

Comments

( 1 комментарий — Оставить комментарий )
troubetzky
16 янв, 2011 17:57 (UTC)
Большое спасибо за статью.
На Охте должен быть открыт археологический музей in situ. Материал для этого есть, дело за организацией. В России такой тип музеефикации развит слабо, а ведь это самая передовая форма сохранения на сегодняшний день. Это наиболее экологичный подход в широком смысле этого слова, т.к. позволяет не разрушать найденный слой (переносом в витрины); а зрителю к впечатлению от найденных артефактов добавляет впечатление от места и его гения/энергетики/настроений.
Музейное сообщество Петербурга должно как-то прореагировать и выступить с инициативой.
( 1 комментарий — Оставить комментарий )

Метки

Поиск



Поиск по блогу

Яндекс

Latest Month

Ноябрь 2018
Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930 
Разработано LiveJournal.com
Designed by chasethestars